owlga (owlga) wrote,
owlga
owlga

Category:

какой он Мельник...

Не могу не привести полностью.
Да, меня тоже мутит.

Миссия выполнима

Спецпроекты ЛГ / Всемирное русское слово / От первого лица

Александр МЕЛЬНИК: «Я готов выгравировать на стене своего магазина фамилии всех моих знакомых, которые хоть что-то читают».

«ЛГ»-досье

Родился в 1961 году в Молдавии. Окончил Московский институт геодезии, аэрофотосъёмки и картографии. 18 лет прожил в Забайкалье, в Улан-Удэ. Окончил с отличием третий цикл Католического университета Лувэна по специальности «Космические методы исследований и картография». Доктор наук (география). Участник IV международного рус­ско-грузинского поэтического фестиваля «Мир поэзии – мир без войны» (2010 г.). Публиковался в поэтических сборниках и журналах 9 стран. Автор книг стихотворений «Лестница с неба» (2010 г.) и «Метаморфоза» (2012 г.), автобиографической хроники «Зимовье губы Ширильды» (2013 г.), а также книги «Почему Бог один, а религий много?» (2012 г.). Президент некоммерческой ассоциации «Эмигрантская лира». С 2000 года живёт в Бельгии (в Льеже).

– Александр, ваше имя в первую очередь ассоциируется со словами «Эмигрантская лира». Что за ними стоит? Какие проекты, связанные с русскоязычной литературой за рубежом, вы координируете?

– Всё началось с того, что в 2008 году у меня появилась идея проведения Всемирного поэтического фестиваля «Эмигрантская лира» для поэтов русской диаспоры и поэтической «метрополии», то есть для всех русских поэтов, хотя и проводимого за рубежом. В сентябре 2009 года в Брюсселе прошёл первый такой фестиваль, а в августе 2013-го – уже пятый. Мы назвали фестиваль не международным, а Всемирным по простой причине – каждый год в нём принимают участие русскоязычные поэты-эмигранты буквально со всего мира. Кроме того, гостями фестиваля ежегодно становятся иностранные поэты, а также поэты-неэмигранты (преимущественно из России и Украины). Кстати, не ищите в слове «эмигрантская» политики – в названии наших проектов оно всего лишь констатирует физическое пребывание большинства участников вне российских границ (но никак не вне российской литературной жизни). Главными событиями фестиваля являются конкурсы поэтов русского зарубежья и поэтов-неэмигрантов, конкурс поэтов-переводчиков и конкурс критиков. Наряду с этим проводятся презентации журналов, мастер-классы, концерты, экскурсии и т.д. Фестиваль проводится в Бельгии (Брюссель, Льеж) и во Франции (Париж).

Начиная с самого первого фестиваля одна из моих главных целей (не считая, конечно, творческих) заключалась в консолидации поэтов русской диаспоры и поэтической «метрополии». Но для достижения этой цели требуется чёткое осознание положения дел в русскоязычной зарубежной поэзии. Кто мы есть, чем мы дышим, о чём пишем и куда идём – эти вопросы нас чрезвычайно интересуют. Поэтому неудивительно, что сложившийся поэтический «мегапроект» венчает его четвёртая компонента – литературно-публицистический журнал «Эмигрантская лира», первый номер которого вышел в марте 2013 года.

– Расскажите, пожалуйста, о журнале поподробнее.

– Журнал «Эмигрантская лира» выходит один раз в квартал в электронном и бумажном вариантах. Это действительно «толстый» журнал объёмом около 250 страниц. Около половины этого объёма занимает поэзия (условно размещаемая в двух рубриках – поэзия диаспоры и поэзия метрополии). Публикуются также короткие рассказы и поэтические переводы. Мы достаточно серьёзно развиваем публицистическое направление. В каждом номере публикуются материалы о поэтической жизни русского зарубежья, обзоры поэтических фестивалей с участием поэтов диаспоры, интервью с ведущими русскоязычными поэтами, обзоры поэтических публикаций в других журналах, входящих в «Журнальный зал». Есть у нас и интересная рубрика «География поэзии русского зарубежья», в которой рассказывается об особенностях русскоязычного поэтического процесса в разных странах мира. Важное место занимают разделы поэтической критики и поэтической эссеистики. Особо хотел бы подчеркнуть, что журнал открыт для всех русскоязычных авторов независимо от места их проживания.

В интернете журнал доступен на сайте https://sites.google.com/site/emliramagazine/, а также на портале «Мегалит». Бумажный вариант печатается в Бельгии.

– Много ли вообще в Брюсселе русскоязычных изданий? Есть ли русские школы?

– К сожалению, в Бельгии нет ни регулярных русскоязычных газет, ни журналов. В соседних Нидерландах выходит ежемесячная русская газета «Новости Бенилюкса», которая распространяется по киоскам, русским культурным центрам, магазинам и подписке по всему региону Бенилюкса – в Бельгии, Голландии и Люксембурге. Информацию о жизни нашей местной диаспоры в основном освещают интернет-издания «Русские в Бельгии», «Русская Бельгия», «Теремок» и некоторые другие.

Что же касается школ… Насколько я знаю, в Бельгии единственная средняя общеобразовательная русская школа существует в Брюсселе при посольстве России. По окончании этой школы дети получают российский аттестат о среднем образовании.

– Чем, на ваш взгляд, эмигрантская литература отличается от «материковой»?

– Это непростой вопрос… Немало копий было сломано при его обсуждении во время первых фестивалей «Эмигрантская лира». В 2010 году в Брюсселе, в ходе нашего второго фестиваля, мы провели круглый стол «Русская диаспора за рубежом и эмигрантская поэзия». Понятно, что русская литература, включая поэзию, и за рубежом остаётся русской литературой. В отличие от прежних эпох нынешние отличия литературы диаспоры и метрополии не являются идеологическими. В наше время практически невозможно диктовать писателю, о чём и как надо писать, хотя конъюнктурных работ всё равно хватает. Если и можно как-то выделить отдельный пласт эмигрантской литературы, то благодаря следующим соображениям. Русский язык писателей и поэтов, постоянно живущих за рубежом, хотя и незаметно, но меняется. Какие-то новые русские слова и выражения не входят в писательский оборот, потому что они не на слуху и не на языке, и тут даже интернет не помогает. С другой стороны, язык зарубежного автора обогащается местными лингвистическими оборотами, русифицированными выражениями и т.д. Многое зависит от степени «вживаемости» русскоязычного автора в местную жизнь. Одни даже иностранные языки за рубежом не учат, обходясь одним русским. Другие, не отрекаясь от своей русской идентичности, впитывают в себя традиции и порядки своей новой страны проживания. Это не может не проявляться в творчестве. Не надо забывать и о том, что появляются всё новые и новые русскоязычные литераторы, родившиеся за рубежом или переехавшие туда с родителями в детском или юном возрасте. Ясно одно – все мы являемся свидетелями бурного развития литературного процесса русского зарубежья.

– Можно ли говорить о таком явлении, как русскоязычная литература Бельгии?

– Назвать бельгийскую русскоязычную литературу самостоятельным явлением пока что трудно из-за малочисленности наших литераторов. Для их перечисления достаточно пальцев двух рук.

В Антверпене живут писатели Марина Бонч-Осмоловская, Александр Скоробогатов, Валерий Вотрин.

Из поэтов упомяну победительницу фестиваля «Эмигрантская лира – 2010», скрипачку Симфонического оркестра Фландрии Майю Шварцман, Анастасию Андрееву, Ольгу Гришину, Светлану Захарову, профессора кафедры славистики и восточноевропейских исследований Гентского университета Алексея Юдина.

– Если зайти в книжный магазин Брюсселя, то книги каких современных российских авторов можно увидеть на прилавках?

– В книжных отделах местных русских магазинов выбор современной прозы и поэзии, как правило, невелик. В брюссельском супермаркете «Иван да Марья», в русских магазинах Антверпена и других крупных бельгийских городов можно купить русскую и зарубежную классику, детективы, детские книги, книги по здоровью, народной медицине, эзотерические книги и т.д. По памяти о брюссельском магазине могу назвать разве что имена Акунина, Тополя, Марининой и Дашковой… Поэтических книг там почти нет в продаже. Сам я пополняю свою домашнюю библиотеку либо в московском «Библио-Глобусе» (бывая проездом в Москве), либо заказывая книги в онлайновых книжных магазинах. Электронные же книги я читать не люблю, потому что читаю обычно с ручкой в руках.

– В последние годы наблюдается агрессивное нашествие массовой литературы. Наверное, Бельгия не исключение. Как боретесь с этим?

– У меня в Бельгии есть свой небольшой книжный (точнее, газетно-журнальный) магазин. Вам это покажется парадоксальным, но я не только никак не борюсь с нашествием подобной литературы, но и радуюсь, когда у меня её покупают. Увы, в последнее время бельгийцы всё меньше читают книг, газет и журналов… Поэтому я готов выгравировать на стене своего магазина фамилии всех моих знакомых, которые хоть что-то читают. Через некоторое время я буду готов ставить этим людям прижизненные памятники… Думаю, это же касается и многих русских бельгийцев (далеко не всех, конечно). При этом есть, разумеется, небольшая горстка интеллектуалов, которая следит за новинками современной серьёзной прозы.

– Русский язык и русская культура в целом – самый ценный духовный багаж эмигранта. Удаётся ли сохранить и приумножить его в отрыве от Родины?

– Вы совершенно правы. Не буду отвечать за всех эмигрантов, скажу о себе. Если своим поэтическим фестивалем и журналом «Эмигрантская лира» я хотя бы немного поспособствовал сохранению и развитию русской культуры, буду считать свою миссию на планете Земля выполненной.

Беседу вела Анастасия ЕРМАКОВА



Вы же часто спрашиваете меня, как там у нас в Бельгии дела с литературой.
Я думаю, об этом лучше всего поинтересоваться у "поэтов из Украины", а также из Казани: у них есть деньги, и поэтому они  частые гости одному на Всемирном фестивале поэзии, известном одному только нашему шуту балаганному.

Эй, Вотрин, там, в Антверпене, что слышно?
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 6 comments